(no subject)
Jul. 17th, 2013 12:16 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
aridmoorsтем, кто задается вопросом, буду ли я еще писать про образование и Японию
То, что я писала раньше про образование и Японию, я хочу забыть, как страшный сон. Я это писала потому, что у меня была такая работа (и такая жизнь), которую я не выбирала, и я не надеялась от нее когда-либо избавиться. То, что я сейчас в науке, делает меня безмерно счастливой. Я чувствую себя на своем месте, там, где я всегда хотела быть. Мне нравятся люди, которые меня окружают, со всеми их недостатками, мне нравится эта система, со всеми ее недостатками. Я знаю об этих недостатках и вижу их каждый день, но я думаю о них иначе, чем те, кто всю жизнь просидел на тепленьком месте сначала студента, потом кандидата, а потом научного работника. Им никогда не понять, почему эта наука - такая, какая есть - это самое прекрасное, что может быть в жизни. Так же, как тем, кто никогда не был на войне, не понять, почему можно просто быть счастливым от того, что у тебя есть обычная, простая жизнь.
Я люблю все, что меня окружает в науке - включая бедность и глупость (да, в науке тоже есть бедность и глупость), бюрократизм и кучи бумажной работы, гонку за публикациями, амбиции и плохие решения, несовершенство системы, все человеческие недостатки. Тепличным научным работникам никогда этого не понять. Это реальность, в которой я что-то могу сделать своими руками. Это реальность, в которой я имею значение. Я могу делать. Я живу.
Есть и еще один аспект, который не виден тем жалобщикам, которые пришли в науку со школьной скамьи, которые никогда не пробовали себя в роли "гуманитария" - какого-нибудь продавца, или учителя - хотя бы и поневоле. Эта наука - такая, какая есть - работает. Худо ли, бедно ли, но она работает. И это все, что у нас есть, как у землян, как у человечества. Нет никакой другой науки, в которой было бы все не так, в которой все было бы идеально. И никогда не было.
То, что мы имеем, все технологии, все знания, все это было добыто этой наукой. Этими людьми, с их человеческими недостатками. Никакими не гениями с другой планеты, а вот такими же учеными, такими же людьми, которые работают сейчас. И когда я иду по коридорам своего университета, я знаю, что то, где я сейчас - это лучшее, что есть на этой планете. Это лучшее, что когда-либо было в истории человечества. Я часть истории, и я могу делать историю, если только мне хватит мозгов и упорства. И это чувство дороже, чем что бы то ни было. Оно заставляет меня чувствовать себя живой.
То, что я писала раньше про образование и Японию, я хочу забыть, как страшный сон. Я это писала потому, что у меня была такая работа (и такая жизнь), которую я не выбирала, и я не надеялась от нее когда-либо избавиться. То, что я сейчас в науке, делает меня безмерно счастливой. Я чувствую себя на своем месте, там, где я всегда хотела быть. Мне нравятся люди, которые меня окружают, со всеми их недостатками, мне нравится эта система, со всеми ее недостатками. Я знаю об этих недостатках и вижу их каждый день, но я думаю о них иначе, чем те, кто всю жизнь просидел на тепленьком месте сначала студента, потом кандидата, а потом научного работника. Им никогда не понять, почему эта наука - такая, какая есть - это самое прекрасное, что может быть в жизни. Так же, как тем, кто никогда не был на войне, не понять, почему можно просто быть счастливым от того, что у тебя есть обычная, простая жизнь.
Я люблю все, что меня окружает в науке - включая бедность и глупость (да, в науке тоже есть бедность и глупость), бюрократизм и кучи бумажной работы, гонку за публикациями, амбиции и плохие решения, несовершенство системы, все человеческие недостатки. Тепличным научным работникам никогда этого не понять. Это реальность, в которой я что-то могу сделать своими руками. Это реальность, в которой я имею значение. Я могу делать. Я живу.
Есть и еще один аспект, который не виден тем жалобщикам, которые пришли в науку со школьной скамьи, которые никогда не пробовали себя в роли "гуманитария" - какого-нибудь продавца, или учителя - хотя бы и поневоле. Эта наука - такая, какая есть - работает. Худо ли, бедно ли, но она работает. И это все, что у нас есть, как у землян, как у человечества. Нет никакой другой науки, в которой было бы все не так, в которой все было бы идеально. И никогда не было.
То, что мы имеем, все технологии, все знания, все это было добыто этой наукой. Этими людьми, с их человеческими недостатками. Никакими не гениями с другой планеты, а вот такими же учеными, такими же людьми, которые работают сейчас. И когда я иду по коридорам своего университета, я знаю, что то, где я сейчас - это лучшее, что есть на этой планете. Это лучшее, что когда-либо было в истории человечества. Я часть истории, и я могу делать историю, если только мне хватит мозгов и упорства. И это чувство дороже, чем что бы то ни было. Оно заставляет меня чувствовать себя живой.
